РЕЗЮМЕ

АКТУАЛЬНОСТЬ: синдром Пейтца-Егерса (СПЕ) связан с высоким (до 73%) пожизненным риском кишечной инвагинации, причиной которой служат гамартомные новообразования > 15 мм. Хотя эндоскопическое удаление полипов — стандарт профилактики, оптимальная стратегия таких плановых вмешательств, их безопасность и долгосрочный риск рецидива инвагинации требуют уточнения.

ЦЕЛЬ ИССЛЕДОВАНИЯ: оценить риск развития повторной инвагинации после удаления гамартом у больных с СПЕ, провести анализ безопасности удаления гамартомных новообразований тонкой кишки у данной категории пациентов.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: ретроспективно была проведена оценка эндоскопического ведения пациентов с подтвержденным синдромом Пейтца-Егерса, наблюдавшихся в учреждении с января 2022 по декабрь 2025 года. Всего включено 39 пациентов. Было выполнено 103 плановых вмешательства: 1) баллонно-ассистированная энтероскопия (БАЭ) с полипэктомией (n = 92), 2) интраоперационная энтероскопия (ИОЭ) (n = 11). Первичной конечной точкой было развитие повторной инвагинации, подтверждённой инструментально. Для анализа времени до наступления события использовался метод Нельсона-Аалена.

РЕЗУЛЬТАТЫ: в общей сложности удалено 686 гамартомных новообразований в тонкой кишке. Медиана количества удаленных полипов за операцию составила 5 (3; 8) при БАЭ и 10 (8; 17) при ИОЭ. Медиана продолжительности БАЭ составила 90 (58; 115) минут, ИОЭ — 300 (200; 360) минут. Осложнения были отмечены в 11/103 (10,7%) случаях, из них 7/92 (7,6%) — при БАЭ и у 4/11 (36,3%) — при ИОЭ. При этом большинство осложнений были купированы эндоскопически — 5/7 (71,5%) при БАЭ и 1/4 (25,0%) при ИОЭ. Активная эндоскопическая тактика с применением БАЭ позволила выполнить органосберегающее лечение инвагинации в 13 (86,7%) из 15 случаев. Кумулятивная вероятность развития повторной инвагинации в течение первого года наблюдения составила 20,4% (95% ДИ: 0–43,9), а медиана времени до наступления события — 23,9 месяца.

ВЫВОДЫ: применение баллонно-ассистированной энтероскопии как малоинвазивного подхода демонстрирует высокую эффективность в разрешении инвагинации. Несмотря на лечение, сохраняется значимый риск повторной инвагинации, что требует долгосрочного наблюдения. БАЭ показывает приемлемый профиль безопасности, в то время как ИОЭ связана с более высокой частотой осложнений, отражающей её применение в сложных случаях.

ВВЕДЕНИЕ: применение дренирующей латексной лигатуры сохраняет высокую клиническую значимость в лечении сложных прямокишечных свищей у пациентов с болезнью Крона (БК). Несмотря на широкое применение данной тактики, ряд вопросов остаётся нерешенным.

ЦЕЛЬ: оценить результаты хирургического лечения прямокишечных свищей с применением дренирующей латексной лигатуры у пациентов с перианальными проявлениями БК.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: в анализ включено 199 пациентов с прямокишечными свищами на фоне болезни Крона, которым было выполнено хирургическое лечение свищей с проведением дренирующей латексной лигатуры в период с февраля 2017 г. по октябрь 2024 г. Для инструментальной диагностики до и после операции выполняли трансректальное ультразвуковое исследование (ТРУЗИ) прямой кишки. В качестве конечных точек оценивались частота положительного эффекта лечения и частичного улучшения, первичная неэффективность хирургического лечения, частота рецидивов и повторных вмешательств.

РЕЗУЛЬТАТЫ: у 121 (61%) из 199 пациентов в исследовании достигнут положительный эффект лечения, согласно установленным критериям. Второй этап хирургического лечения был выполнен у 89/121 (74%) пациентов, медиана срока между операциями составила 12 месяцев (Q1;Q3:7; 18). Рецидив был зафиксирован у 7/121 (6%) пациентов, медиана срока возникновения рецидива составила 14 месяцев (11;16). В 32/199 (16%) случаях было отмечено частичное улучшение — уменьшение размера затёков и/или их количества. У 46/199 (23%) пациентов диагностирована первичная неэффективность проведённого хирургического лечения в связи с сохранением недренируемых гнойных затёков, а в 25 (54%) случаях после операции было зафиксировано прогрессирование перианальных проявлений — формирование новых свищевых ходов и увеличение размеров затёков. Повторное вскрытие затёков с сохранением или перемещением дренирующей латексной лигатуры было выполнено у 33/46 (72%) пациентов. В 11/46 (24%) случаях в связи с агрессивным течением перианальных проявлений была выполнена брюшно-анальная резекция (БАР) прямой кишки.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: полученные результаты во многом подтверждают, что проведение дренирующей латексной лигатуры не всегда обеспечивает адекватное дренирование гнойных затёков и является лишь компонентом комплексного лечения пациентов с ППБК. Необходимо проведение дальнейших исследований и проведения анализа факторов, влияющих на частоту заживления, рецидива и прогрессирования перианальных свищей.

ЦЕЛЬ ИССЛЕДОВАНИЯ: сравнение результатов лазерной коагуляции эпителиального копчикового хода (ЭКХ) и его иссечения.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: в ретроспективном исследовании проведен анализ лечения 102 пациентов с хроническим воспалением эпителиального копчикового хода без признаков абсцедирования, протяженностью хода не более 9 см, оперированных в условиях дневного стационара в период с января 2024 по декабрь 2025 гг. Пациентам основной группы была выполнена лазерная коагуляция ЭКХ, пациентам контрольной — его иссечение. После хирургического лечения оценивался уровень боли со 2 по 6 сутки, а также время заживления послеоперационных ран и частота послеоперационных рецидивов. Первичной точкой исследования являлась частота эпителизации ран на 90 сутки.

РЕЗУЛЬТАТЫ: на 90 сутки заживление ран произошло у 60/60 (100,0%) пациентов основной группы и 39/42 (92,9%) пациентов контрольной, р = 0,067. У оставшихся 3/42 (7,1%) пациентов контрольной группы раны зажили на 95 сутки в 2/42 (4,8%) случаях и на 240 сутки — в 1/42 (2,4%). Медиана длительности заживления послеоперационных ран составила 45 (Q1;Q3: 35; 60) суток в основной группе и 85 (Q1;Q3: 65; 90) — в контрольной, р < 0,001. Рецидив заболевания наступил в 3/60 (5,1%) случаях в основной группе и в 2/42 (4,8%) — в контрольной, р = 0,104.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: лазерная коагуляция является высокоэффективным и безопасным методом лечения неосложненных форм эпителиального копчикового хода. Протокол выполнения предложенной операции с применением лазерного воздействия и послеоперационного ведения продемонстрировал свое удобство при выполнении и хороший непосредственный результат, и может применяться, как вариант исполнения лазерной коагуляции эпителиального копчикового хода.

ЦЕЛЬ: анализ заболеваемости раком толстой кишки в Сибирском (СФО) и Дальневосточном федеральных округах (ДФО) за 2019–2024 гг.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ: проведено ретроспективное описательное исследование деперсонифицированных сведений заболеваемости раком толстой кишки (ободочная кишка (С18), ректосигмоидное соединение (С19), прямая кишка, анус и анальный канал (С20-21) — справочник МКБ-10) за период с января 2019 по декабрь 2024 гг. согласно абсолютным данным (число впервые в жизни выявленных злокачественных новообразований (таблица 2000) с учетом пола и возраста) отчетных форм №7 «Сведения о злокачественных новообразованиях» субъектов СФО и ДФО. Данные о численности населения по полу и возрасту субъектов федеральных округов предоставлены Федеральной службой государственной статистики РФ. Рассчитывались стандартизованные (мировой стандарт SEGI на 100 тыс. населения (⁰/₀₀₀₀)) и повозрастные показатели заболеваемости в 2019–2021 и 2022–2024 гг. Различия показателей заболеваемости в периодах признавались статистически значимыми при отсутствии пересечения их 95% доверительных интервалов (ДИ).

РЕЗУЛЬТАТЫ: в структуре заболеваемости рак толстой кишки стабильно занимает 3-е место, как у мужчин (12,0 и 11,1% в СФО и ДФО), так и у женщин (11,5 и 10,8%). В СФО стандартизованные показатели заболеваемости при сравнении 2019–2021 и 2022–2024 гг. статистически значимо выросли в мужской популяции с 34,8 (95% ДИ 34,2–35,4) до 40,4 (95% ДИ 39,7–41,1) ⁰/₀₀₀₀, женской — с 24,4 (95% ДИ 24,0–24,9) до 26,7 (95% ДИ 26,2–27,1) ⁰/₀₀₀₀. В ДФО заболеваемость среди мужчин значимо выросла с 29,5 (95% ДИ 28,7–30,4) до 33,0 (95% ДИ 32,1–33,9) ⁰/₀₀₀₀, среди женщин — с 22,3 (95% ДИ 21,7–22,9) до 24,4 (95% ДИ 23,8–25,1) ⁰/₀₀₀₀. В СФО рост заболеваемости колоректальным раком у мужчин и женщин отмечается после 45 лет. Пик заболеваемости приходится на 75–79 лет и у мужчин (420,2 ⁰/₀₀₀₀), и у женщин — 252,0 ⁰/₀₀₀₀. В ДФО среди мужчин рост заболеваемости отмечается после 50 лет с пиком в 75–79 лет (377,3 ⁰/₀₀₀₀), среди женщин — после 55 лет с максимальным повозрастным показателем в 75–79 лет (249,3 ⁰/₀₀₀₀).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: анализ заболеваемости колоректальным раком в СФО и ДФО выявил рост показателей среди обоих полов, с наибольшими значениями в возрастных группах старше 70 лет, что указывает на актуальность внедрения территориально адаптированных программ скрининга рака толстой кишки, с фокусом на группы высокого риска с учетом возраста.

ЦЕЛЬ: сравнить непосредственные результаты лечения ЭКХ болезни методом лазерной облитерации с традиционными методиками хирургического лечения.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: проведено ретроспективное многоцентровое нерандомизированное исследование. В период с января 2014 года по декабрь 2024 года было зарегистрировано 128 пациентов, которым проводилось хирургическое лечение свищевой формы эпителиального копчикового хода (ЭКХ). Из этой когорты были исключены 24 пациента, поскольку продолжительность их наблюдения в клиниках не превышала 24 месяцев. Таким образом, в окончательный анализ были включены 104 пациента обоих полов. Пациенты были разделены на 3 группы: I группа пациентов (36, 34,6%) перенесла иссечение ЭКХ с подшиванием краев раны ко дну; II группа пациентов (30, 28,9%) перенесла операцию Bascom-II; III группа пациентов (38, 36,5%) перенесла лазерную абляцию. Первичными точками исследования явились время операции и госпитализации, время заживления. В качестве вторичных точек исследования была оценка: выраженности послеоперационного болевого синдрома, периодов нетрудоспособности, сроков развития рецидива.

РЕЗУЛЬТАТЫ: cредняя продолжительность операции у пациентов III группы значительно короче, чем в I и II группах (p < 0,001). Время пребывания в стационаре в III группе короче, чем в I и II группах (p < 0,001). Болевой синдром при лазерной абляции значительно менее выражен, чем у пациентов I и II групп (p < 0,001). Также болевой синдром у пациентов II группы менее выражен, чем в I группе (p < 0,001). Срок нетрудоспособности при лазерной абляции короче — 6,5 (3–7) дня, чем в I и II группах — 21 (20–23) и 15 (15–21) дня (p < 0,001). У 5 (16,6%) пациентов II группы развился лигатурный свищ в срок от 30 до 90 дней, который ликвидирован сеансом вертикальной абляции. Рецидив заболевания развился у 4 (6,4%) пациентов III группы в срок от 120 до 180 суток. Частота рецидива в II и III группах статистически не значима (p = 0,093). Все рецидивы связаны со сложными формами ЭКХ.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: лазерная абляция характеризуется коротким периодом восстановления и быстрым возвращением к повседневной жизни. Однако, несмотря на кажущуюся простоту, эта методика требует опыта. Эффективность достигается, когда свищевой ход линейный и свободен от полостей. В то же время первичное закрытие раны при процедуре Баском-II имеет свои преимущества: менее выраженный болевой синдром по сравнению с пациентами группы I, сокращение продолжительности больничного листа и более быстрое заживление раны.

ЦЕЛЬ: изучение влияния применения PRP на результаты лечения хронической анальной трещины, анализ факторов, ассоциированных со скоростью эпителизации дефекта анодермы.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: в период с сентября 2023 г. по ноябрь 2025 г. проведено одноцентровое проспективное рандомизированное контролируемое исследование (NCT07268261) по сравнению результатов иссечения трещины (ИТ) в комбинации с применением БТА в дозировке 40 ЕД, и инъекцией обогащенной тромбоцитами плазмы (ИТ+БТА+PRP – основная группа) с ИТ в сочетании с БТА (ИТ+БТА – контрольная группа). После применения критериев исключения в итоговый анализ вошло 125 пациентов: 60 в основной и 65 в контрольной группах. У 51 (85,0%) из 60 пациентов основной группы выполнено исследование клеточного состава плазмы на гематологическом анализаторе, из них 29 пациентам осуществляли забор крови в двухкомпонентные пробирки (подгруппа А), 22 пациентам производили забор в однокомпонентные (подгруппа Б). Сравнительный анализ включал оценку частоты эпителизации раны на 15, 30, 45 и 60 сутки, потребности в обезболивающих, качества жизни по шкале SF-36, концентрации тромбоцитов и лейкоцитов в PRP, а также ROC-анализ прогностической значимости тромбоцитарного профиля.

РЕЗУЛЬТАТЫ: на 60 сутки частота заживления послеоперационной раны была сопоставимой в обеих группах, составив 43/60 (71,7%; 95% доверительный интервал (ДИ): 58,6 – 82,5) случаев в группе ИТ+БТА+PRPи 47/65 (72,3%; 95% ДИ: 59,8 – 82,7) случаев в группе ИТ+БТА (р=0,936); при этом на 15 сутки ни у одного пациента послеоперационная рана не эпителизировалась; на 30 сутки рана зажила у 11/60 (18,3%) пациентов в группе ИТ+БТА+PRPи ни у одного в группе ИТ+БТА (р=0,0003); на 45 – у 18/60 (30,0%) против 3/65 (4,6%) пациентов (р=0,0001), соответственно. Частоты заживления ран в зависимости от вида применяемых пробирок на 60-е сутки после операции была сопоставима: в подгруппе А с использованием двухкомпонентных пробирок заживление отмечено в 21/29 (72,4%) случаев, в подгруппе Б с применением однокомпонентных пробирок - в 16/22 (72,7%) случаев; на 30-е сутки эпителизация наступила в 11/29 (37,9%) случаев в подгруппе А и ни у одного в подгруппе Б (0/22; 0%) (р=0,01). К 45-м суткам отмечено увеличение частоты заживления послеоперационной раны в обеих подгруппах: до 51,7% (15/29 случаев) при использовании двухкомпонентных пробирок и до 13,6% (3/22 случая) при применении однокомпонентных пробирок (р=0,007). В основной группе отмечено достоверное снижение потребности в обезболивающих и улучшение показателей качества жизни. После центрифугирования уровень тромбоцитов в двухкомпонентных пробирках 397 тыс./мкл (346; 481) был статистически значимо выше в сравнении с их показателями в однокомпонентной 239 тыс./мкл (106; 374) (р=0,001). Фактором, статистически значимо повышающим шансы эпителизации при унивариантном логистическим регрессионном анализе, оказался уровень тромбоцитов на 30 (ОШ=1,01; 95% ДИ: 1,00 – 1,02; р=0,008) и 45 сутки (ОШ=1,01; 95% ДИ: 1,00 – 1,01; р=0,007). Проведённый ROC-анализ подтвердил, что концентрация тромбоцитов ≥452×10⁹/л в PRP является статистически значимым предиктором сроков эпителизации послеоперационной раны (p=0,001).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: интраоперационное введение низко лейкоцитарной фракции PRP при хирургическом лечении хронической анальной трещины достоверно ускоряет эпителизацию послеоперационной раны, снижает болевой синдром и повышает качество жизни пациентов. Для оптимизации сроков заживления целесообразно достижение концентрации тромбоцитов в PRP не менее 452×10⁹/л.

ВВЕДЕНИЕ: своевременное удаление эпителиальных новообразований, выявленных во время колоноскопии, позволяет снизить частоту развития колоректального рака. Однако, несмотря на безопасность выполнения данных операций, проблема осложнений не теряет своей актуальности.

ЦЕЛЬ: анализ накопленного опыта органосохраняющего лечения пациентов с крупными и гигантскими новообразованиями толстой кишки и определение факторов риска, ассоциированных с послеоперационными нежелательными явлениями.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: за период с октября 2016 по июль 2024 года было выполнено 1858 эндоскопических операций. Из них 1191/1858 (64,1%) — подслизистых диссекций, 471/1858 (25,3%) новообразований было удалено методом эндоскопической резекции слизистой оболочки с циркулярным разрезом и 196/1858 (10,6%) — методом фрагментарной резекции слизистой оболочки с циркулярным разрезом. Медиана размеров удаленных новообразований составила 35 (25; 40) мм. Проанализированы данные по характеристикам пациентов и новообразований, длительности операций, морфологической принадлежности новообразований, частоте развития послеоперационных нежелательных событий. На основании полученных данных был выполнен расчет факторов риска развития нежелательных явлений после эндоскопического удаления новообразований толстой кишки.

РЕЗУЛЬТАТЫ: в ходе проведенного анализа данных было выявлено, что послеоперационные нежелательные явления произошли у 275/1856 (14,8%) больных: кровотечение возникло в 33/1856 (1,8%) случаях, отсроченная перфорация произошла у 3/1856 (0,2%) пациентов. Посткоагуляционный синдром развился у 239/1856 (12,9%) пациентов. По результатам мультивариантного анализа был выявлен только один независимый предиктор развития посткоагуляционного синдрома — длительность операции. По результату ROC-анализа, проведенного на основании факторного анализа, было выявлено, что точкой отсечки является длительность операции ≥ 93 минут, площадь под ROC-кривой (AUC) = 0,93 ± 0,01 (p < 0,001).

ВЫВОДЫ: эндоскопическое удаление эпителиальных новообразований толстой кишки является безопасным. Наиболее частым нежелательным событием является посткоагуляционный синдром, требующий тщательного наблюдения в послеоперационном периоде для своевременного проведения дифференциальной диагностики, что позволит не пропустить более грозное осложнение, такое как отсроченная перфорация. Однако для профилактики развития посткоагуляционного синдрома необходимо проведение дальнейших исследований.

ЦЕЛЬ: разработка и внутренняя валидация прогностической модели нежелательных явлений после эндоскопического удаления новообразований толстой кишки.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: проведен ретроспективный анализ медицинских историй болезней в период с января 2024 по июнь 2025 года. Включено 3753 пациента, в качестве потенциальных предикторов развития нежелательных явлений были отобраны все доступные предоперационные переменные. Произведен последовательный уни и мультивариантный бинарный логистический регрессионный анализ. Выполнена внутренняя валидация прогностической модели методом «bootstrap» (1 000 итераций генерации подвыборок, B = 1 000) с разделением на тренировочную и тестовую выборки в соотношении 7:3.

РЕЗУЛЬТАТЫ: в мультивариантную модель были включены все переменные с уровнем p менее 0,05, выявленном при унивариантном анализе. В результате мультивариантного регрессионного анализа выявлен ряд переменных, ассоциированных с повышением вероятности возникновения нежелательного явления: артериальная гипертензия (отношение шансов (ОШ)=2,86; 95% доверительный интервал (ДИ): 1,71–4,79; p<0,001) и максимальный размер новообразования (ОШ=1,04; 95% ДИ: 1,03–1,05; p<0,001). Такие факторы, как эндоскопическая характеристика образований по JNET 2a и ниже (ОШ = 0,07; 95% ДИ: 0,04–0,10; p<0,001), по парижской классификации полиповидные (0-l) (ОШ = 0,45; 95% ДИ: 0,23–0,88; p=0,019), а также левосторонняя локализация (ОШ = 0,23; 95% ДИ: 0,14–0,36; p<0,001) снижали вероятность неблагоприятного исхода у пациентов. Переменные ИБС (p=0,243) и LST-NG (p=0,705) не влияли значимо на неблагоприятный исход. Модель продемонстрировала хорошую дискриминационную способность (AUC=0,894; 95% CI: 0,857–0,929) для общей выборки.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: проведенное исследование продемонстрировало высокую эффективность модели прогнозирования нежелательных явлений у пациентов после эндоскопических методов удаления новообразований толстой кишки.

ВВЕДЕНИЕ: наиболее патогенетически обоснованным методом лечения аденоматозного полипозного синдрома (АПС) является удаление всей толстой кишки – выполнение колпроктэктомии, дополненное формированием тонкокишечного резервуара и резервуаро-наданального анастомоза. В настоящее время в мировой практике отсутствуют специализированные и общепринятые инструменты для оценки качества жизни больных с тонкокишечным резервуаром, основанные на функциональных особенностях работы кишечника.

ЦЕЛЬ: оценить функциональные результаты выполнения колпроктэктомии с формированием тонкокишечного резервуара по поводу АПС и определить факторы, негативно влияющие на качество жизни оперированных пациентов.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: в период с января 2013 года по июль 2024 года 244 пациента оперированы по поводу АПС в объеме колпроктэктомии с формированием тонкокишечного резервуара и резервуаро-наданального анастомоза. Показанием к выполнению операции являлось наличие более 100 полипов в толстой кишке и/или гистологически подтвержденное наличие колоректального рака на фоне множественных (более 20) полипов толстой кишки. Пациенты, перенесшие хирургическое лечение до 2019 г., были оперированы с выполнением демукозации дистальной части прямой кишки и формированием аппаратного резервуаро-ректального анастомоза на высоте 6-8 см. В группе пациентов, оперированных после 2019 г., прямую кишку пересекали со стороны брюшной полости на уровне верхнего края анального канала и формировали резервуаро-наданальный анастомоз также аппаратным способом. Всем пациентам были сформированы превентивные илеостомы. В качестве инструмента оценки качества жизни пациентам, у которых прошло более 6 месяцев после закрытия илеостомы, было предложено заполнить валидированный в России опросник по оценке степени выраженности синдрома низкой передней резекции (СНПР) прямой кишки. Также был проведен мультивариантный анализ для определения факторов риска развития выраженных функциональных нарушений, обуславливающих снижение качества жизни.

РЕЗУЛЬТАТЫ: опросник СНПР заполнили 176 пациентов (86 мужчин и 90 женщин) с медианой возраста на момент операции 31(18-63) г. Сорок пять пациентов (25,6%) перенесли операцию с демукозацией прямой кишки, 121(68,8%) – с формированием резервуаро-наданального анастомоза, а 10(5,6%) больным был сформирован резервуаро-анальный анастомоз ручным способом. Медиана частоты дефекаций составила 6 раз в сутки (2-15), медиана частоты ночных дефекаций – 1 (0-5). У 17(9,7%) пациентов отмечены признаки выраженного СНПР (≥30 баллов). По результатам мультивариантного (бинарного логистического) регрессионного анализа факторами риска развития выраженных функциональных нарушений, обуславливающих снижение качества жизни, стали: возраст на момент операции >34 лет (ОШ 6,82; 95% ДИ 1,8-25,9; р=0,004), выполнение демукозации прямой кишки (ОШ 49,9; 95% ДИ 5,7-440,6; р=0,005), формирование резервуаро-анального анастомоза ручным способом (ОШ 39,2; 95% ДИ 3,5-439,2; р=0,003).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: применение опросника СНПР у пациентов, перенесших колпроктэктомию с формированием тонкокишечного резервуара по поводу АПС, позволяет оценить качество жизни оперированных пациентов и выявить среди них группу с клинически значимо сниженными показателями. В качестве профилактики выраженных функциональных нарушений предпочтительным выглядит отказ от применения методики демукозации прямой кишки, при этом приоритетным следует считать метод аппаратного формирования резервуаро-наданального анастомоза.

ВВЕДЕНИЕ: у больных с аденоматозным полипозным синдромом (АПС) помимо характерных клинических проявлений заболевания в толстой кишке зачастую обнаруживают внекишечные изменения. При этом, по мнению многих исследователей, наиболее частой причиной гибели пациентов с АПС, перенесших своевременное удаление толстой кишки без трансформации полипов в колоректальный рак, становятся десмоидные опухоли. Неоднозначные данные современной литературы о факторах, предрасполагающих к развитию десмоидных опухолей у больных с АПС, послужили причиной проведения собственного исследования.

ЦЕЛЬ: оценить частоту выявления десмоидных опухолей у больных с аденоматозным полипозным синдромом и определить независимые факторы риска развития десмоидных опухолей.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: в одноцентровое ретроспективное исследование включены пациенты, проходившие лечение по поводу аденоматозного полипозного синдрома и последующий мониторинг в период с января 2013 г. по январь 2025 г. После проведения хирургического этапа лечения пациенты были включены в программу длительного динамического амбулаторного наблюдения. В рамках указанной программы было рекомендовано ежегодное проведение осмотра и инструментального обследования – эндоскопического исследования верхних и нижних отделов желудочно-кишечного тракта, а также выполнение КТ органов грудной клетки, брюшной полости и малого таза с внутривенным контрастированием Первичной конечной точкой исследования стало выявление у пациента с АПС десмоидной опухоли. Для выявления независимых факторов риска развития десмоидных опухолей у пациентов с АПС был проведен однофакторный анализ, а затем логистически-регрессионный анализ.

РЕЗУЛЬТАТЫ: у 79(21,4%) из 369 вошедших в исследование пациентов было диагностировано появление десмоидной опухоли в среднем через 18 (от 6 до 60) месяцев после хирургического вмешательства по удалению толстой кишки. У 90,1% пациентов с десмоидной опухолью обнаружено наличие патогенного варианта в гене АРС. На основании проведенного ROC-анализа выявлено, что локализация ПВ далее 876 кодона в гене АРС в большей степени ассоциирована с развитием ДО (AUC=0,60, р=0,01). В результате проведенного логистически-регрессионного анализа было выявлено, что локализация патогенного варианта в гене АРС после 876 кодона (ОШ=2,15, 95% ДИ: 1,20-3,83, р=0,0097) и открытый доступ при хирургическом вмешательстве (ОШ=2,09, 95% ДИ: 1,18-3,71, р=0,0119) послужили независимыми факторами риска развития десмоидных опухолей у пациентов с АПС.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: частота развития десмоидных опухолей в исследованной когорте пациентов с АПС составила 21,4%. Высокий риск развития внекишечных проявлений АПС подтверждает необходимость длительного регулярного мониторинга пациентов после выполнения хирургического вмешательства на толстой кишке, особенно в группе повышенного риска – с расположением патогенного варианта в гене АРС после кодона 876 и/или перенесших открытую операцию.

ЦЕЛЬ: провести сравнительный анализ хирургических возможностей и клинических показаний реконструкции глотки с применением илеоасцендоцекального комплекса и тонкокишечного аутотрансплантата.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: проанализированы результаты реконструкции верхних отделов аэродигестивного тракта у 35 онкологических пациентов после ларингэктомии с парциальной или циркулярной резекцией гортаноглотки. У 17 больных использован илеоасцендоцекальный комплекс, у 18 — тонкокишечный аутотрансплантат с одномоментным или отсроченным трахеопищеводным шунтированием и установкой голосового протеза. Оценивали особенности хирургической техники, объём донорского этапа, возможности голосовой реабилитации и факторы, влияющие на выбор метода реконструкции.

РЕЗУЛЬТАТЫ: оба варианта висцеральной реконструкции обеспечивают восстановление пищепроводного пути и возможность перорального питания. Илеоасцендоцекальный комплекс позволяет выполнить одномоментную реконструкцию с формированием собственного клапанного голосового механизма без применения голосового протеза, однако требует более сложного абдоминального этапа и тщательного отбора пациентов. Тонкокишечный аутотрансплантат является более универсальным и менее травматичным методом, применимым как при первичных, так и при отсроченных реконструкциях, при этом голосовая реабилитация осуществляется с использованием трахеопищеводного шунтирования и голосового протеза.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: илеоасцендоцекальный комплекс и тонкокишечный аутотрансплантат являются эффективными методами реконструкции глотки, однако различаются по своим хирургическим возможностям и клиническим показаниям. Выбор метода должен определяться сроками реконструкции, соматическим статусом пациента, состоянием тканей и ожидаемой моделью голосовой реабилитации, что позволяет индивидуализировать хирургическую тактику и повысить функциональные результаты лечения.

ЦЕЛЬ: оценить эффективность чреcкожного дренирования периколитического абсцесса толстой кишки в комплексном лечении осложненных форм дивертикулярной болезни у пациентов с высоким уровнем коморбидности.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: в период 2020-2025 гг. осуществлен анализ проведенного лечения 67 пациентов с дивертикулярной болезнью и I-II стадией осложнений различной локализации, согласно классификации Hinchey. Сочетание двух и более сопутствующих заболеваний отмечено у 100% пациентов.

РЕЗУЛЬТАТЫ: в группе пациентов участвующих в лечении было выполнено 77 чрескожных минимально инвазивных вмешательства. У 61 пациента чрескожное дренирование было однократным, что подтверждено безрецидивным течением за время наблюдения от 1 до 5 лет. Для 6 пациентов, в связи с рецидивным течение патологического процесса, дополнительно выполнено 16 чрескожных вмешательств. В последующем, данной группе пациентов в плановом порядке выполнено оперативное лечение в объеме резекции участка толстой кишки. Осложнений и летальных исходов не зарегистрировано. Клиническая эффективность в первые трое суток отмечена у 88% пациентов, а технический успех достигнут в 100% случаев.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: в ряде клинических ситуаций чрескожное дренирование дивертикулярных абсцессов может являться окончательным методом выбора лечения пациентов с осложненной формой дивертикулярной болезни.

АКТУАЛЬНОСТЬ: данные о популяциях пациентов с геморроем, современных рутинных подходах к диагностике и лечению пациентов при помощи консервативной терапии ограничены и отличаются в разных странах

ЦЕЛЬ: получение данных из рутинной клинической практики об эффективности консервативного лечения пациентов с острым геморроем в отношении влияния лечения на выраженность симптомов заболевания и качество жизни.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: международное, наблюдательное проспективное исследование CHORALIS включало взрослых пациентов, обратившихся амбулаторно с жалобами, характерными для острого геморроя и получивших консервативное лечение в соответствии с рутинной клинической практикой. Исследование было проведено в 9 странах: Китае (n = 268), Венгрии (n = 71), Кении (n = 22), Нигерии (n = 902), России (n = 500), Саудовской Аравии (n = 200), Сенегале (n = 662), Украине (n = 679) и Вьетнаме (n = 202), что позволило проанализировать данные из различных регионов мира. В данный подгрупповой анализ включены результаты лечения пациентов, включённых в исследование в Российской Федерации (РФ). Оценка эффективности лечения проводилась согласно оценке пациентами уменьшения симптомов острого геморроя при помощи визуальной аналоговой шкалы (ВАШ) и путем опроса пациентов по шкалам Общего клинического впечатления (PGI-C) и анкете качества жизни, специфичной для геморроя (HEMO-FISS-QoL).

РЕЗУЛЬТАТЫ: в РФ в исследование было включено 500 пациентов (52,2% женщин), средний возраст которых составил 41,1 ± 12,6 лет. Наиболее часто встречающимися симптомами были боль: 420/496 (84,6%), дискомфорт 477/496 (96,2%) и отек в области заднего прохода 352/496 (71,0%). Консервативное лечение включало назначение слабительных препаратов, местных средств и веноактивных препаратов: 440/499 (88,3%) получали препараты микронизированной очищенной флавоноидной фракции (МОФФ), и 58/499 (11,6%) — диосмин. За 4 недели лечения медиана количества симптомов (МКР) уменьшилась с 4 (3; 5) до 1 (0; 2) p < 0,001. Терапия на основе веноактивных препаратов значимо уменьшила интенсивность боли: исходно медиана составляла 5 (3,0; 7,0) баллов, через 4 недели — 1,2 (1,0; 2,0). Медиана интенсивности

дискомфорта исходно составляла 5 (4,0; 7,2), к концу наблюдения — 1,5 (1,0; 2,0) (р < 0,001 для обоих симптомов). Уменьшение количества пациентов с болью через 4 недели в группе МОФФ и группе диосмина было следующим: 84/438 (19,2%) и 20/57 (35,1%), соответственно. Проведённое лечение способствовало улучшению самочувствия по шкале PGI-C, сокращало период времени до улучшения у 96,4% пациентов, обеспечивало удовлетворённость лечением как врача, так и пациента.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: в подгрупповом анализе данных исследования CHORALIS, проведенном в популяции российских пациентов с острым геморроем, консервативная терапия, основанная на применении веноактивных препаратов (в большей части МОФФ), была эффективна в отношении уменьшения симптомов острого геморроя и улучшения качества жизни.

В литературе можно найти единичные статьи об аугментации мочевого пузыря при хирургическом лечении местнораспространенных форм рака ободочной кишки. «Золотым» стандартом является использование фрагмента тонкой кишки в качестве пластического материла. Мы представляем клиническое наблюдение, где для замещения дефекта мочевого пузыря мы использовали фрагмент желудка. Данное наблюдение демонстрирует возможность альтернативного хирургического подхода.

ЦЕЛЬ: проанализировать существующие определения «textbook outcome» (ТО) в хирургии колоректального рака и обосновать необходимость их унификации.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: проведен систематический обзор в соответствии с рекомендациями PRISMA. Поиск проведен в базах PubMed, Cochrane Library и eLIBRARY за период 2010–2025 гг. Включены оригинальные исследования, оценивавшие ТО у взрослых пациентов после хирургического лечения колоректального рака. Качество исследований оценивали по шкале Newcastle-Ottawa.

РЕЗУЛЬТАТЫ: включено 16 исследований (335 575 пациентов). Частота достижения ТО варьировала от 28,5% до 77,4%. Выявлена выраженная гетерогенность определений ТО. Наиболее частыми компонентами являлись R0-резекция, лимфодиссекция ≥ 12, отсутствие тяжелых осложнений (Clavien-Dindo ≥ III), повторных госпитализаций и летальности (30/90 дней), а также длительность госпитализации (фиксированные значения либо 75-й перцентиль). Достижение ТО ассоциировалось с улучшением выживаемости (снижение риска смерти на 40–55%). Значимыми факторами были хирургический доступ, ERAS, возраст, коморбидность, стадия, неоадъювантная терапия, тип страховки и объем операций.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: ТО — валидный инструмент оценки качества хирургического лечения колоректального рака, связанный с долгосрочной выживаемостью. Отсутствие унифицированного определения ограничивает сопоставимость результатов. Предложенное стандартизированное определение (R0-резекция, лимфодиссекция ≥ 12, отсутствие тяжелых осложнений, 30-дневной летальности и повторных госпитализаций, длительность пребывания в пределах 75-го перцентиля) может служить основой для международного консенсуса.

АКТУАЛЬНОСТЬ: оптимальная тактика лечения больных раком прямой кишки с полным и почти полным клиническим ответом после неоадъювантной химиолучевой терапии остается предметом активных обсуждений.

ЦЕЛЬ: изучение онкологических результатов лечения больных раком прямой кишки, которым проведена неоадъювантная химиолучевая терапия с последующим хирургическим лечением в объеме тотальной мезоректумэктомии (ТМЭ) или локального иссечения остаточной опухоли прямой кишки (ТЭМ).

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ: систематический обзор литературы и метаанализ проводился в соответствии с рекомендациями PRISMA 2020. Поиск литературы при помощи поисковых систем PubMed в электронной базе MEDLINE и e-library. Запрос включал в себя статьи, опубликованные за весь промежуток времени вплоть до апреля 2025 года. Критерием включения стали исследования, в которых сравнивались отдаленные результаты лечения пациентов с посредством неоадъювантной химиолучевой терапии с последующим хирургическим лечением в объеме тотальной мезоректумэктомии или локального иссечения остаточной опухоли прямой кишки. Критериями исключения явились отсутствие информации по интересующим конечным точкам исследования, несбалансированные размеры групп, а также высокий риск систематических ошибок при оценке качества полнотекстовых статей. Первичными конечными точками исследования стали 5-летние безрецидивная (БРВ) и общая выживаемость (ОВ) пациентов; вторичными – 1 и 3-летняя БРВ, 3-летняя ОВ, частота местных рецидивов и отдаленных метастазов. Для метаанализа БРВ и ОВ строили обобщенные кривые Каплана-Майера.

РЕЗУЛЬТАТЫ: в метаанализ вошло 12 сравнительных исследований (4 рандомизированных, 1 проспективное и 7 ретроспективных). Частота возникновения местных рецидивов была статистически значимо выше в группе ТЭМ, чем в ТМЭ – 41/586 (7,0%) против 24/667 (3,6%) (ОШ=1,91; 95% ДИ: 1,12 – 3,26; р=0,017). По частоте наступления отдаленных метастазов группы были сопоставимы – 38/510 (7,5%) случаев в группе ТЭМ и 56/588 (9,5%) в ТМЭ (ОШ=0,78; 95% ДИ: 0,50 – 1,23; р=0,294). Обобщенная по исследованиям медиана прослеженности пациентов составила 52,5 (95% ДИ: 52,5 – 52,5) месяца для группы ТЭМ и 59,7 (95% ДИ: 55,2 – 59,7) месяцев для ТМЭ. При оценке безрецидивной выживаемости не было выявлено статистически значимых различий между анализируемыми методами лечения (p, логранговый критерий=0,42). Пятилетняя БРВ составила 81,0% (95% ДИ: 77,2 – 85,1) для ТЭМ и 82,4% (95% ДИ: 78,8 – 86,1) для ТМЭ. При анализе отношения рисков также не было доказано преимущества ТМЭ над ТЭМ по БРВ (HR=1,33; 95% ДИ: 0,96 – 1,86; p=0,089).По общей выживаемости оба метода лечения были сопоставимы (р, логранговый критерий=0,54), а пятилетняя ОВ составила 89,3% (95% ДИ: 86,1 – 92,6) для ТЭМ и 88,4% (95% ДИ: 85,2 – 91,7) для ТМЭ. Анализ отношения рисков не выявил статистически значимых различий (HR=1,09; 95% ДИ: 0,71 – 1,70; р=0,666).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: локальное иссечение после неоадъювантной химиолучевой терапии рака прямой кишки позволяет добиться аналогичных онкологических результатов в сравнении с тотальной мезоректумэктомей, однако следует учитывать строгие критерии отбора для данной группы пациентов, такие как наличие почти полного клинического ответа, небольшие размеры остаточной опухоли, отсутствие пораженных лимфоузлов мезоректума и степень регресса опухоли mrTRG 0-1 по данным МРТ.

Хирургическое лечение сложных форм свищей заднего прохода сопряжено с формированием обширных ран промежности, которые характеризуются длительным периодом заживления, что увеличивает сроки реабилитации пациентов. В статье рассматриваются физические, химические, хирургические и биологические методы стимуляции регенерации ран и возможности их применения для лечения обширных ран промежности. В настоящее время перспективным направлением в лечении распространенных ран промежности является использование стволовых клеток. Анализ существующих научных работ свидетельствует о безопасности и высокой эффективности компонентов аутологичной жировой ткани и широком спектре влияния стволовых клеток на процессы заживления во многих областях медицины. Однако данные о применении МСК в колопроктологии весьма ограничены, а их место остается не до конца изученным.

ЦЕЛЬ: систематический анализ ключевых методологических проблем, возникающих при сравнении хирургических стратегий лечения больных раком прямой кишки (РПК) с изолированными синхронными резектабельными метастазами в печени.

ПАЦИЕНТЫ И МЕТОДЫ: проведен поиск в базах PubMed/MEDLINE, Cochrane Library, Scopus, Elibrary (2000– 2026 гг.). Включены исследования, сравнивавшие две и более хирургические стратегии при РПК с синхронными метастазами в печени; методологические работы; рандомизированные клинические исследования (РКИ); проспективные и ретроспективные когортные исследования; метаанализы.

РЕЗУЛЬТАТЫ: выявлены следующие основные методологические ограничения проанализированных исследований: систематическая ошибка отбора (пациенты с разной распространённостью опухоли направляются на разные стратегии); систематическая ошибка времени выживания (immortal time bias) при этапных подходах; асимметрия сравнения осложнений (одна операция против двух операций); гетерогенность схем системной и лучевой терапии; проблема незавершения лечения (до 35% при liver-first); смешение популяций рака ободочной и прямой кишки; ограничения псевдорандомизации; отсутствие крупных РКИ. Предложены пути решения: прагматические и регистровые РКИ, эмуляция целевого исследования (TTE), стратификация по объёму резекции печени, режиму неоадъювантной терапии и молекулярному профилю, стандартизация отчётности (STROBE, TARGET).

ЗАКЛЮЧЕНИЕ: существующие методологические проблемы существенно ограничивают интерпретацию данных. Окончательные выводы о превосходстве какой-либо хирургической стратегии преждевременны. Необходимы исследования с более строгим дизайном и коррекцией смещений.

Недостаточность анального сфинктера является многофакторным клиническим синдромом, сопровождающимся нарушением удержания кишечного содержимого и выраженным снижением качества жизни. Несмотря на значительные различия этиологии у взрослых и детей, в обеих возрастных группах клиническая картина определяется несоответствием между анатомическим субстратом и функциональным резервом системы континенции. У взрослых преобладают приобретенные формы заболевания, связанные с акушерской травмой, последствиями операций на аноректальной зоне, нейромышечными и дегенеративными нарушениями. У детей основное значение имеют аноректальные мальформации, последствия их хирургической коррекции, а также функциональные расстройства дефекации. В обзоре рассмотрены современные представления о механизмах континенции, особенностях этиологии и патогенеза, принципах диагностики и подходах к лечению недостаточности анального сфинктера у взрослых и детей. Особое внимание уделено анатомо-функциональной стратификации как объединяющему принципу взрослой и детской практики, позволяющему разграничивать клинические ситуации, в которых ведущую роль играет коррегируемый анатомический дефект, и случаи, где основное значение имеют функциональные нарушения. Показано, что современная стратегия лечения у взрослых включает поэтапное применение консервативной терапии, реабилитации, сфинктеропластики у строго отобранных пациентов и сакральной нейромодуляции. В детской практике центральное значение приобретают исключение послеоперационных анатомических дефектов, оценка потенциала формирования континенции, программы управления кишечником и этапная реабилитация. Реабилитация рассматривается как обязательный компонент лечения в обеих возрастных группах: у взрослых – как средство восстановления и оптимизации сохранной функции, у детей – как способ формирования управляемого стереотипа дефекации и достижения социальной континенции.